Сейчас 
Днем 
5826 
«Вот тебе тряпка. Она одна — для пепельниц, столов и стульев».
Корреспондент «КП» решила понять, почему в газетах столько вакансий на эту должность. Хотя кафешек к сезону пооткрывалось на улицах Оренбурга тьма. Тогда что же останавливает работников общепита от того, чтобы там трудоустроиться?
Мелочи нет на сдачу — это чаевые к суточным в придачу
«Вроде бы и сезон, а столько обслуги требуется в летние кафешки, наверное, сложно устроиться: всякие там медкнижки, опыт, — подумала я, рассматривая вакансии в газете. — И сколько платят в пик сезона девушкам в фартучках?».
А руки уже набирали номер телефона одного из заведений...
— Нужно неделю обучаться, втянетесь, посмотрим на вас, потом примем решение, — отчеканила женщина приятным, но властным голосом.
— Медкнижка есть? — не сказав ни «здравствуйте», ни «до свидания», решительно вопросил мужчина на другом конце провода. — Нет? Тогда зачем звоните?!
Что ж , попробую еще раз. Бог любит троицу.
— Приходи завтра к десяти, — спокойно сказала собеседница, сразу перейдя на «ты». — Только не опаздывай! Оденься скромнее, никаких коротких юбок. Зарплата у нас хорошая — 250 рублей за сутки. Где такую еще найдешь?
За пять минут я стала официанткой.
На следующее утро в штанах и кофте прилетела на работу. Напарница Женя (здесь и далее имена изменены) сдавала мне смену и вводила в курс дел. Никакого фартука или передника не дали. Их просто нет в кафе. Да и сама сменщица была одета в застиранную кофту.
— Работа несложная, быстро разберешься, — поправляя прическу, объясняла она. — Это тряпка. Ею протираем столы, стулья и пепельницы. Ополаскивай ее в ведре, оно в углу.
Синее пластмассовое ведро, черное внутри, видимо, от пепла, — отличная мойка! «Да уж, сервис», — подумала я, но промолчала. Всего минуту в кафе, а нужно сутки продержаться. Девчонки выходят на смену в одиночку — как только выдерживают!
— Деньги с клиентов за заказ не бери, — нарушила ход моих мыслей Женя. — У нас рассчитываются с барменом. Просто относи выпивку и закуску. Меняй чаще пепельницы. Здесь одновременно могут сто человек гулять, — сказала не без гордости девушка.
— Что? — ошарашенно спрашиваю я. — И мне одной их всех обслуживать?!
А в голове — жуткая картина: за многочисленными столиками подвыпившие мужики. И всем что-то от меня надо. Похоже, я крупно вляпалась!
— Главное — не пасовать, — подвела итог двухминутного обучения Женя, — мелочь себе оставляй. Скажи, что ее пока нет в кассе. Потом все равно забудут. Вот и прибавка к суточным! Конечно, иногда сами подбрасывают деньжат. Я как-то три сотни срубила за вечер, — похвасталась девушка. — Вечером зайду, гляну, как справляешься, — бросила напоследок.
«Она же простая овисянка, па-ны-ма-ешь?».
Приехал хозяин.
— Что сидишь? — прикрикнула на меня администратор кафе, — неси кофе!
Несу чашку, ноги трясутся, боюсь пролить. Но ничего, операцию «по внедрению в профессию» я прошла успешно. Босс взглядом оценил меня, как товар на базаре, и послал работать.
— Две кружки пива, — бросил бармену парень в оранжевой майке и трико. Я протерла стол «дежурной» тряпкой. Отнесла заказ. Раньше я полагала, что люди с утра не пьют. Наивная...
За час он сделал четыре таких заказа.
Зарулила большая кампания девчонок. Шум и гам длился пару минут. Наконец они выбрали отдельный столик в беседке.
— Напьемся! У нас же праздник — получили дипломы! — старались перекричать друг друга пока еще трезвые девушки.
Наблюдая за компанией, я забыла про трудовые обязанности.
— Все равно ничего не делаешь, — крикнул мне хозяин. — Дуй в магазин, купи лимоны.
Оказывается, и это входит в обязанности официантки летнего кафе. Потом отправили за батонами... Пока бегала за покупками, пришли новые посетители.
— Им не перечь, не груби, мужики с зоны друга встретили, сама понимаешь... — предупредила администратор.
Стало страшно, но работа не ждет. Помыв тряпку в грязном ведре, вытерла столы.
— Дэвушка, как вас зовут? — спросил мужчина. На вид ему лет пятьдесят.
— Зачем тебе? — перебил его сидящий рядом мужлан, — она же простая овисянка, — продолжал он, прищелкивая пальцами, — овисянка, па-ны-ма-ешь?
Кавказец, который мне в отцы годится, резко схватил меня за кофту и стал тянуть к себе.
— Она мнэ понравилась, — улыбаясь, сказал он.
Мне удалось вырваться из крепких рук.
— Вы что делаете? — возмутилась я, поправляя кофту.
Его глаза полезли на лоб: неужели «овисянка» умеет говорить?!
— Исчезни, — щелкнув пальцем, сказал мне парень, который перепутал обслугу с девушками на обочинах дорог, — у него жена и дети...
Долго упрашивать не пришлось, исчезла моментально.
Домой припрятанный шашлык выносят в буханке хлеба
Народ в кафе все прибывал. Не успевала убирать окурки, бутылки и протирать столы застиранной тряпкой. Уже обед, а времени даже попить не было.
— У тебя «нога» легкая, — поймав меня за рукав, ошарашил шашлычник Олег, вытирая руки полотенцем, больше похожим на простыню. — Ты пришла, и сразу столько заказов, не успеваю готовить. Больше двух порций не было за смену, а сегодня уже 30!
После экскурсии в «шашлычную» моя любовь к жареному мяску пропала враз! В небольшом помещении — пыль, белый фаянс раковины «надежно прикрыт» слоем пепла. Мясо разделывают на столе, заваленном окурками,...
— Не будешь «стучать», помогу таскать домой шашлык, — прошептал парень.
Достав буханку хлеба, Олег срезал верхнюю корочку, выковырял мякиш, набил образовавшуюся пустоту мясом, а сверху положил срезанную верхушку. Вот и готова заначка!
Приношу деньги за заказ барменше, (чек здесь не дают — зачем клиенту видеть реальную цену), пересчитываю сдачу...
— Здесь не хватает!
— Все равно не придут проверять, сколько стоят чипсы, — 40 или 50 рублей. А мне деньги нужны, — без тени смущения протараторила она.
Несколько клиентов — и сотка в кармане! А у меня не получилось даже мелочь «зажать»...
Официантка — это и дворник, и поломойка
Тут оживился поклонник «овисянок».
— Чай принеси, двойной! Это когда два пакета на чашку, поняла?!
Приношу. Седоволосый мужик, которому я понравилась, опять распускает руки.
— А теперь вали, не мешай разговаривать с серьезными людьми.
— Отпусти, — от отчаяния и обиды я повышаю на клиента голос.
— Люблю молодэньких дэвушек, — ему было все равно, что меня это раздражает. — Что ты бэгаешь, я такой страшный? — говорит он.
— Да, и старый, — разозлившись, кричу в ответ.
— Да пошла ты на х..! — толкнул меня мужик. Аж вены у него на шее вздулись.
— И вы идите... по тому же адресу, — выпалила я и пошла увольняться.
— Все, он извинился, — сказала мне администратор. — Работай!
Сначала хотела забрать сумку и уйти, но все-таки осталась. Пробежалась по кафешке, поменяла пепельницы, протерла столы и стулья пресловутой тряпкой. К окрикам и нагоняям от посетителей и начальства уже начала привыкать.
Вечерело, народ не расходился.
— Подмети полы на площадке, смотри, сколько мусора! — вручая веник, недовольно выговорила мне администратор.
Так я стала еще и дворником. Тут «на огонек» заскочила Женя, которая меня обучала премудростям «овисянского» ремесла.
— Почему с меня все спрашивают, а платят только как официантке? — обращаюсь к ней.
— Это еще не все, — говорит коллега. — Ты еще вынеси коробки и пакеты с мусором, помой посуду за персоналом, убери кафе, помой холодильники, столы, стулья.
— И все это за 250 рублей? — спрашиваю у нее.
— А где ты еще столько заработаешь? — вопросом на вопрос отвечает она. — Два дежурства — уже пять сотен!
Считаю в уме. Работаем втроем. Получается десять дней в месяц на каждую. Выходит на человека 2,5 тысячи рублей в месяц + чаевые + премиальные + сколько сама сделаешь на клиентах. Итого — около четырех тысяч. Гроши, одним словом. К тому же быть «овисянкой» сложно не только физически, но и морально. Почти все клиенты смотрят на тебя свысока.
Прервав грустные раздумья, порадовалась: кафе опустело... Ноги гудели, сил не было даже стоять.
— И че, кто убираться за тебя будет? — спросила администратор. А сама пошла есть шашлык и пить кофе.
Я таскала мешки с мусором, подметала, мыла посуду... После изнурительной уборки села на стул.
— Можно я пойду домой, — прошу у барменши, — а завтра к десяти подойду?
— Ты не можешь, на сутки заступила.
— А где спать? — задаю резонный вопрос, — тут же ничего нет. На стульях, что ли?
— Нет, принесешь лавки из беседок, возьмешь спальник на складе и спи, — объяснила она.
Что я и сделала. Было неудобно, жестко. Но мне было глубоко наплевать, не смущал даже грязный матрас. Я уснула за считанные секунды...
Проснулась от голоса хозяина.
— Я увольняюсь, — протирая глаза, сказала ему.
— Такая легкая работа за ТАКИЕ ДЕНЬГИ! — удивились и босс, и администратор. — Зря отказываешься, подумай!
Не дожидаясь расчета, пошла домой. Деньги мне обещали отдать на днях. И не обманули.
Теперь я летние кафе обхожу стороной. Если все-таки уговаривают друзья, то столик протираю сама влажной салфеткой.
Одно радует: синяя тряпка — для пепельниц, столов и стульев — не снится мне по ночам...
Ольга Кораблева.
Источник: «КП»-Оренбург.
