«Если этого здания не будет — посёлка не будет»: как в Круторожино разваливается единственный центр «жизни»

В орском поселке Круторожино разрушается социально значимое здание

Иногда то, что нам показывают, может сильно отличаться от действительности. Наглядный тому пример — единственный физкультурно-оздоровительный центр поселка Круторожино, в котором осталось лишь одно место с отпечатком праздника, а не разрушения

Пока администрация предлагает подождать, а денег на ремонт, по словам орчан, нет, жители посёлка Круторожино рискуют в любой момент лишиться своего, как его прозвали, «центра жизни» — здания, где находятся фельдшерский пункт, детские секции, почта, парикмахерская, библиотека и не только. Крыша здания течёт так сильно, что грибок поднимается по стенам до потолка, проводку замкнуло и электричество отключили везде, за исключением почтового отделения. Спасать социально значимый объект людям приходится своими силами и за свой счёт.

Вот уже десять лет здание физкультурно-оздоровительного центра в Круторожино встречает дождь и снег одинаково — потоками воды с потолка, лужами на полу и треском замыкающей проводки. Когда-то здесь проводились торжественные мероприятия, дети занимались в спортивном зале, а не на улице. Теперь находиться внутри попросту опасно.

Татьяна Николаева, парикмахер
Вот наш второй этаж. Такая ситуация по всему зданию. Здесь проходили праздники, у нас дети здесь выступали. Чем мы дышим и что сейчас это в данный момент, да и вообще уже не в данный момент, это невозможно просто. Здесь ни проводить ничего нельзя, ни находиться.

Елена Севастьянова-Киреева, жительница посёлка Круторожино

Это административное здание, которое принадлежит администрации города Орска. И у нас топит крышу. В этом здании, можно сказать, всё — здесь и для детей: кружки, они поют, танцуют. Здесь у нас фельдшерский пункт, парикмахерская, почта. То есть всё самое основное. В медпункте уже грибок практически до крыши. Потолок сыпется. Дети, которые у нас на улице, приходили сюда, всегда участвовали в мероприятиях. В парикмахерской человек на грани того, чтобы уйти. У неё постоянно не работает электричество, за свой счёт она нанимает электриков. За счёт жителей посёлка мы прочищаем трубу, чтобы вода как-то уходила. Если этого здания не будет — посёлка не будет.

Первые протечки начались, по словам людей, довольно давно. Тогда на проблему реагировали слабо, с каждым годом ситуация только усугублялась. Жители обращались и к бывшим арендаторам, и в администрацию, но ответ был один — денег нет.

Татьяна Николаева, парикмахер

Я работаю в этом здании очень давно. По поводу нашей крыши обращались везде: в администрацию, к тем, кто арендовал здание. Все были в курсе, что здесь такая большая проблема, что течёт крыша. Ну никакой помощи ни от кого мы не видим.

Лет десять уже течёт. Вы можете пройти посмотреть, какие последствия. Нам говорили: «Да, мы знаем, но пока денег нет». Вот всё, что мы слышим. Теперь только на сайт президента, наверное, осталось написать.

По-настоящему критичная ситуация сложилась в фельдшерско-акушерском пункте. Из-за постоянной сырости и угрозы короткого замыкания электричество здесь отключили полностью. Компьютер не работает, оборудование обесточено.

К слову, в этом крыле ФОЦа висит табличка с благодарностью бывшему губернатору области, администрациям города и района за помощь в ремонте этого самого фельдшерско-акушерского пункта в августе 2010 года. Вот только следов того самого ремонта уже не видно.

Марина Балбина, участковая медсестра

Сейчас, на данный момент у нас света нет, компьютер не работает, ничего не работает, поэтому ФАП пока сейчас не работает. Выездная бригада к нам приезжала на автобусе, приезжал терапевт, ЭКГ, кардиограмму и кровь брали. Всё это у нас сейчас разложено, и бабушки-дедушки все пришли, чтобы посмотреть свои анализы. Поэтому ФАП очень важный, очень нужный. Все сюда приходят, все пытаются какую-то консультацию пройти у терапевта, выписать лекарства, но, к сожалению, сейчас всё закрыто, ничего не работает.

Здесь со всех стен отваливается штукатурка, появились большие пятна черной плесени, а подручные средства — тазы и ведра — уже не помогают.

Татьяна Николаева, парикмахер
— Спасаемся только так: приносим тазы, вёдра, уже из дома всё поприносили, чтобы как-то хоть остановить воду. Как видите, всё бессмысленно, бесполезно. Вода всё равно протекает, грибок остаётся, потолок, потолок заматывали, но ничего это всё не спасает.
— Ситуация обостряется в период дождей?
— В период дождей, когда снега много крыша, на крыше всё скапливается и стекает сюда к нам.

Марина Балбина, участковая медсестра

Когда дождь начинается, всё течёт буквально по стенам, на полу огромные лужи. Нельзя включать никакую электрику — всё может просто перегореть. Приехал наш руководитель, отвечающий за безопасность, и отключили свет совсем. Сказали: свет не дадут, пока не будет отремонтирована крыша. Раньше после просыхания мы снова включались и работали, а теперь ФАП будет стоять до тех пор, пока крышу не отремонтируют. А у нас сейчас анализы привезены, бабушки-дедушки пришли результаты посмотреть — и всё, закрыто, ничего не работает.

Для пожилых людей, многих из которых мучают хронические болезни, потеря местного медпункта — не просто обычное неудобство. Добраться до ближайшей поликлиники многим физически не под силу.

Татьяна Лындина, жительница посёлка, пациентка ФАПа

Если закроют наш этот пункт, нам вообще будет пипец, потому что у нас очень много больных, пожилых. Сами понимаете, поедем в поликлинику, там врачебный кабинет. Дали мне талончик. А там полный-полный коридор. Вот если б я заняла очередь, во сколько я дойду? Да я, наверное, до шести там сидела бы.

Во-первых, у меня инсульт был. У меня диабет. Плохо мне, я не смогу доехать и на остановке стоять, туда идти — это тоже проблема для меня. Приду к Марине Александровне, мне вот она лечение дала. И то я дойду до дома, или сына попрошу, кто-то мне привезёт лекарства. А я сама не смогу, вот лично я. И здесь, сами видели, полный коридор женщин. И на уколы сюда ходят, и взять просят лечение. Вот если закроют и уберут нашу Марину Александровну, вообще вот ложись и умирай.

Сегодня здание, которое должно быть сердцем посёлка, рушится на глазах. Дети остались без кружков, пенсионеры — без доступной медицины, парикмахер на грани переезда, а почта может остановить работу в любой момент. К слову о почте, здесь теперь даже грибы растут.

Прямо в момент съемки в коридоре с потолка рухнула плита, она повисла на тонких проводах. За гипсоволокнистым листом — такая же черная плесень, обгоревшие провода и трещины.