Сейчас 
2017 
Размещением облигаций Минфин рассчитывает покрыть дефицит бюджета.
В ходе размещения еврооблигаций Россия намерена привлечь в этом году 17, 8 млрд. долларов, а в 2011-м и 2012-м — по 20 млрд. долларов. Выход на рынок еврооблигаций Россия осуществляет впервые за 12 лет после дефолта 1998 года.
Министр финансов Алексей Кудрин сообщил дату и место проведения презентации еврооблигаций (21-22 апреля, Нью-Йорк), однако умолчал о подробностях. Хотя эксперты уже сейчас, и без знания деталей, предсказывают этому размещению успех.
Суммы, названные российским Минфином, они находят вполне реальными, а при условии низкой текущей доходности размещение для России будет очень выгодным.
«Сейчас страны делятся на страны-должники, страны-доноры и самодостаточные, сбалансированные страны, — объясняет Владимир Рожанковский, управляющий директор MID CAP Sickle&Hammer. — Россия принадлежит к третьей категории, так как Россия серьезных государственных долгов не имела. Фискальная позиция неплохая, это и обеспечит интерес к бондам».
Пример Греции: ниже пенсии, выше налоги
Размещение еврооблигаций необходимо для того, чтобы покрыть дефицит бюджета, который в этом году составляет 6,8% ВВП. Ранее заместитель министра финансов Дмитрий Панкин говорил, что его ведомство может обойтись и без внешних денег — за счет необходимых сумм на внутреннем рынке, а также используя резервный фонд и фонд национального благосостояния.
Резервный фонд пополнялся за счет дохода от экспорта энергоносителей. Однако в январе 2009 года цены на нефть упали до 30 долларов за баррель после рекордных 140 долларов, зафиксированных летом 2008-го. Резервный фонд чуть более чем за год уменьшился вдвое: со 142 млрд. долларов в сентябре 2008 года до 75 млрд. к концу 2009 года.
Рассчитывать только на высокие цены на нефть нельзя, говорят эксперты.
«У нас экономика чересчур сильно зависит от внешних инвестиций, но тот приток, который сейчас идет, — это не прямые, а портфельные инвестиции, которые экономике прямого улучшения не создают, — говорит Владимир Рожанковский. — Поэтому рост цен на нефть при отсутствии притока прямых инвестиций не позволит сбалансироваться российскому бюджету».
Есть еще, правда, и третий способ покрытия дефицита, который наглядно продемонстрировало правительство Греции. Ей надо справиться с «дырой» в бюджете размером в 12,7% ВВП, причем треть дефицита нужно покрыть в этом году. Для этого власти пошли на сокращение расходов за счет замораживания пенсий и повышения налогов.
В России на такие меры никто не пойдет никогда, говорят эксперты, так как правительство опасается социальных волнений. «Можно, теоретически, урезать все социальные программы, например, вернуть пенсии на предкризисный уровень, — соглашается Рожанковский. — Но такого сценария не допустит никто. Этот способ сейчас практикуют в Греции, но там все надо срочно спасать. Здесь такой необходимости нет».
Для инвесторов особенное значение будет иметь суверенный рейтинг страны. У России он BBB+. Ниже рейтинга нет ни у одной страны на Европейском континенте.
«Если говорить о западных агентствах, то их суверенные рейтинги снижались по мере снижения золотовалютных резервов России, что явилось на самом деле не слабостью российской экономики, а ее сильной стороной, — считает Виктория Белозерова, старший аналитик национального рейтингового агентства RusRating. — В отличие от многих других стран, мы, как большой корабль, плывем по волнам в кризисе весьма спокойно».
При этом, считают наблюдатели, международные агентства Россию недооценивают. По мнению Владимира Рожанковского, «Россия могла бы находится на уровне А». Мешают поднять рейтинги и улучшить привлекательность страны для инвесторов политические риски, говорит эксперт.
«В России традиционно сильны политические риски, — поясняет он, — которые произрастают из известных моментов политической и экономической архитектуры: излишняя централизованность государственного аппарата, вертикализация власти, не совсем удовлетворительная транспарентность и эмитентов, и органов государственной власти».
«Все эти элементы были, есть и будут, — добавляет эксперт. — Даже если в России будет снова приток прямых инвестиций, что очень любят рейтинговые агентства, все равно у меня большие сомнения в том, что начнется быстрое повышение рейтингов. Именно из-за рисков политических».
В начале кризиса рейтинговые агентства обвиняли в том, что они «проглядели» кризис, когда ставили высокие оценки как отдельным финансовым организациям, так и целым странам. Виктория Белозерова вспоминает пример, который относится еще к кризису 1998 года, когда рейтинги Казахстана были гораздо выше рейтингов России.
«Они [агентства] смотрели на бюджет, на долги, на золотовалютные резервы, и, как им казалось, на политическую составляющую, — вспоминает она. — На то, как Казахстан и Россия этот кризис преодолели. И у меня всегда был вопрос: в Казахстане рейтинги сопоставимого предприятия должны быть выше, чем в России?»
Екатерина Дробинина.
