Чтобы готовить для общепита, не нужно иметь образования, паспорта и... здоровья

Корреспондент «Комсомолки» поработала ночной кухаркой в сети быстрого питания.

После коротких телефонных переговоров, стряхнув пыль со своей гордости — красного диплома повара (настоящий!), который ждал своего часа два десятка лет, — отправляюсь на встречу с работодателем.

Без медосмотра можно работать полмесяца

На место делового свидания подошли еще четыре женщины. «Конкурентки», — мелькнуло в голове.

— Шестерых вроде набирают, — будто прочитала мои мысли прехорошенькая шатенка. И тут же участливо спросила: — Дети маленькие?

Я помотала головой: нет. А соседка вздохнула:

— А мои еще дошкольники.

Тут к нашей стайке приблизился работодатель. Ухоженный молодой человек в светлом костюме оценивающе оглядел нас и начал заученно объяснять:

— Работа ночная: смена с восьми вечера до восьми утра, и так две ночи подряд, а потом два дня отдыхаете. Но сначала нужно пройти стажировку.

— А медосмотр нужен?

— Вы его должны будете пройти в течение двух недель, первый — за свой счет.

Тут парень как-то слегка напрягся, подался телом вперед и не совсем любезно добавил:

— А иначе штраф — 2000 рублей! А затем в течение трех месяцев мы с вами заключим трудовой договор.

Затем работодатель c солидным видом записал на одноразовой картонной тарелке наши фамилии, имена, сотовые телефоны и возраст.

Щегольнуть красным дипломом не удалось, молодой человек не посмотрел документы об образовании. Мало того, он даже в паспорт не заглянул!

Через день мне позвонили с фирмы и вызвали на работу.

Сырое мясо и вареные овощи — на одной разделочной доске

Место работы встретило просторными цехами со свеженьким ремонтом и новеньким матово поблескивающим нержавейкой оборудованием. Первое впечатление: уютно и чисто.

В коридоре на поддонах лежали мешки с мукой, а румяные пирожки в пластмассовых контейнерах стояли прямо на кафельном полу.

И снова минимум внимания к моей особе: никто даже удостоверения личности не попросил. Кто я такая? Откуда? У меня бы вопросы возникли: а вдруг новенькая окажется душевнобольной или террористкой? А, может, инфицированная и занесет бациллы в салаты и щи?

Облачаюсь в прихваченную из дома спецодежду: один платок надеваю на голову, другой повязываю на бедра поверх стареньких джинсов.

Моя юркая наставница уже свалила в кастрюлю свеклу, картофель, морковь, яйца и велела все это добро поставить варить.

— Помыть нужно? — робко спросила я.

— Нет, все и так чистое, — пресекла инициативу Алена,— и запомни, в нашем деле главное — скорость, а иначе ничего не успеешь.

После того как смесь из овощей и яиц потомилась на плите, она была залита водой из-под крана. Разваренная картошка, остывающая в холодной воде, — зрелище не для слабонервных домохозяек.

— Так будет быстрее, — объяснила опытная кухарка, увидев вопрос в моих глазах.

Этой ночью мне довелось готовить отбивные, резать сырые и вареные овощи, возиться с рыбой, лепить манты. Причем все это делалось на одном столе и на одной разделочной доске. Моющих средств, даже самых простых и недорогих, не имелось, и хоть как-то «обезвредить» микробы не было возможности.

После разделки сырого мяса ополаскиваю доску под краном и приступаю к приготовлению салата оливье.

Вселю оптимизм в завсегдатаев общепита: продукты были свежими и мясо хорошего качества. В фарше не приметила и следов «варенки» — это когда на мясорубке «перегоняют» непроданные или недоеденные мясные блюда. Хотя по опыту знаю, что это месиво регулярно добавляют в котлеты и беляши в столовых и даже ресторанах.

Строго по граммам вывешивалась каждая котлета и каждый мант. На халяву даже не поужинаешь! Хотя особо рассиживаться некогда: в полночь попили чайку и дальше работать, без всяких перекуров.

Наши соседки-блинопеки тоже трудятся без передыху. Они даже вентилятор включили и блины перед ним на столах развесили остужаться, опасаются, что в горячих мясная начинка может закиснуть.

Селедка не первой свежести

А у меня, кажись, проблема. Одна из пяти рыбин, предназначенных для «селедки под шубой», оказалась безнадежно ржавой.

Моя наставница нюхнула испорченную рыбину и тут же вынесла вердикт:

— Разделывай!

— Но эта вонючка все блюдо испортит! — канючу я, пожалев потребителей.

— Хочешь заплатить за рыбу сама? — спокойно вопрошает напарница.

— Может, спишут, — робко сопротивляюсь я.

Алена бросает выразительный взгляд, и я беру грех на душу — разделываю дурно пахнущего обитателя морских глубин. Простите ради Бога, земляки и гости Оренбурга, все, кому попался мой салатик с сюрпризом!

Но все же у селедки под шубой есть небольшое преимущество перед другими кулинарными изделиями: ее укладывают в металлические коробки из нержавейки общепитовского назначения. Оливье и винегрет же высыпаются в пластиковые контейнеры, на одном из которых наклеена картинка с парой кроссовок, а на другом — женские туфельки. Это ящики для хранения обуви! А вот на таре с пирожками и курниками на заводских этикетках и вовсе написано: для игрушек, хозяйственный.

Нашлось на кухне место и строительному инвентарю: деревянные лопаточки заменили шпатели маляров-штукатуров.

А тем временем котлеты и отбивные, минуя сковородку, отправляются прямиком в духовку: так их готовить проще, да и в весе они теряют меньше.

Одна муха стоит семь тысяч рублей....

В бытовке висит любопытное объявление: если клиенту в блюде попадется муха или волос, то оштрафуют всю смену, всех семерых без разбора. С каждого вычтут по 1000 рублей.

— Ой, да они сами, хозяева, подбросить что-нибудь могут, — комментируют мои коллеги по кухне, — лишь бы не платить.

О штрафах на этой фирме вслух говорить не принято. Чуть позже поняла почему. Кухарки боятся сболтнуть что-нибудь лишнее при новичке, а вдруг дойдет до начальства! И потом не досчитаешься зарплаты.

Денежных вычетов с работников, судя по журналу, предостаточно. Чтобы получить обещанные 450-550 рублей за смену, мало хорошо работать и не воровать.

Здесь очень «популярны» недостачи. Работники ночной смены уходят в семь часов утра, не дождавшись приемщицу (спать-то хочется!) и оставляют продукцию с подробной описью в холодильнике. А потом оказывается, что чего-то не хватает.

Вот и сегодня женщины попытались возмутиться, а кладовщица сказала, как отрезала:

— Задерживайтесь до десяти утра, все будем пересчитывать при вас.

Усталые поварихи тут же смолкли, взяли сумки и серой стайкой побрели вдоль пыльной лесопосадки на остановку.

После ночной смены было тяжело уснуть, и я вместо здорового сна попала в сырой липкий туман какого-то болезненного полузабытья. После обеда посыпались звонки от наставницы Алены. Девушка умоляла меня выйти на работу, просила войти в ее положение: она хочет уволится, но пока не найдет замены, ей не отдадут заработанное...

Официально

Почему общепит не боится Роспотребнадзора?

— По закону плановые проверки, в том числе и общепита, мы можем проводить один раз в три года, — объяснила пресс-секретарь Роспотребнадзора Олеся Гончарова. — На внеплановую проверку мы имеем право лишь в том случае, когда к нам обращаются с жалобами или нареканиями граждане или организации.

Большой штраф на работодателя не действует

— Согласно Трудовому кодексу трудовой договор в письменном виде должен быть заключен с работником в течение трех дней, — рассказала главный государственный инспектор государственной инспекции труда по Оренбургской области Елена Малахова, — в противном случае работодателя ждет солидный денежный штраф: частное лицо — от 1000 до 5000 рублей, а юридическое — от 30000 до 50000 рублей.

Лепила манты и резала салаты для горожан Галина Коваленко.

Источник: