Вода вроде бы есть, но подать её нельзя. Жители Зверофермы вновь пришли к главе Орска за ответом, когда закончится их пятилетняя жизнь без водоснабжения. Теперь решение проблемы упирается в лицензию «Черкизово», работы «РВК-Орск» и 37 миллионов рублей. Но конкретной даты, когда вода вернётся в дома, люди снова не услышали
Артём Воробьёв, глава Орска— Свинокомплекс должен получить лицензию для добычи питьевой воды, а гарантирующий поставщик в пределах города Орска — РВК-Орск — должен поставить оборудование.Ольга Торопова, жительница п. Звероферма— Так когда он получит эту лицензию?Артём Воробьёв, глава Орска— Я не могу решать за свинокомплекс.Лидия Подгорная, жительница п. Звероферма— Ну, вы же должны разговаривать, вы же должны за нас волноваться. Вы же должны какие-то проявлять действия, или я не права? Мы вас выбирали. Мы вас выбирали для чего? Для того, чтобы вот так, в трудную минуту... Я впервые в жизни, мне 70 исполнилось, я впервые в жизни прошу помощи. Всё время как... Один Бог знает, как сама. И я сейчас вот пять лет не могу получить эту помощь. А что я прошу? Воду, без которой жить нельзя. Просто без неё жить нельзя. И вы всё говорите: «Вот, ну два месяца прошло».Артём Воробьёв, глава Орска— Лидия Григорьевна, то, что зависит от нас, мы делаем, воду вам подвозим. То, что от нас не зависит, я решить не могу, к сожалению.
Ольга Торопова, жительница п. ЗверофермаВы понимаете, что такое жить без воды? Вы не понимаете? Мне вас очень, конечно, жаль, что у вас очень много проблем в городе, очень много. Ещё мы к вам ходим. Я всё понимаю. Ну а как, как нам не ходить? Нам просто… У нас выхода нету. У нас выхода нет. Сейчас начнётся зима, привезут этот куб воды нам, да, на всех. Опять его вот с двумя палочками женщина… Как она их должна занести домой? Как? Она вот так вот поставит, пнёт ногой, покатится, подойдёт, ещё пнёт — и вот так вот до двери вот эту пятилитровую бутылочку она занесёт. Сколько она сможет воды занести? Пять? Десять пятилитровых, вы думаете? Нет. А ей надо искупаться, да? Опять будет снег топить, потому что он ближе. Ей надо помыть посуду, искупаться, постираться. Также внук приехал — кушать ему приготовить, себе кушать приготовить. Вы меня прекрасно понимаете.
Лидия Подгорная, жительница п. Звероферма— Ну вот прошло два месяца, мы два месяца к вам не ходили. Что было сделано за эти два месяца? Вот конкретно, Артём Олегович...Артём Воробьёв, глава Орска— Мы неоднократно встречались и с РВК, и со свинокомплексом. Ну, если бы у меня была возможность открыть кран, неужели бы я его не открыл? К сожалению, здесь очень много факторов.Лидия Подгорная, жительница п. Звероферма— Вот вы с ними встречались. Что вам сказали?Артём Воробьёв, глава Орска— У свинокомплекса непитьевая вода. И брать на себя ответственность за жизнь и здоровье людей свинокомплекс не может.
Лидия Подгорная, жительница п. ЗверофермаНу а вот День города был. Я смотрела по Интернету, как небо всё в огоньках. Сколько это стоит? Вот можно один раз не запустить огоньки. Я вот подумала: «Ну вот, полюбовались огоньками». А пришли домой — а у разбитого корыта.Так что вот лично я, я уж не говорю про весь народ, может быть, народу огоньки важнее, чем вот вода, чем бытовые условия. А мне вот хотелось бы, чтобы у меня вода в доме была. А когда у меня будет вода в доме и достойные у меня будут условия, ну тогда можно и на огоньки полюбоваться. А так вот любуешься, смотришь на огоньки — и слёзы текут, и сердце прямо вот кровоточит. Вот что такое огоньки, которые запускают в небо? Сколько это стоит? Ну, один раз не запустите — ну, сделайте.
Артём Воробьёв, глава Орска— Я вам ещё раз говорю: если бы у меня была возможность открыть кран, я бы этой возможностью сразу воспользовался. У нас нет возможности повлиять на то, чтобы свинокомплекс переделывал лицензию под питьевую воду, чтобы гарантирующий поставщик «РВК-Орск» делал бесплатно свои какие-то сооружения. У меня нет такой возможности.И те, и те — коммерческие организации. То, что когда-то свинокомплекс, несколько лет назад, имея другого собственника, открыл эту воду… К сожалению, сейчас мы так сделать не можем, повлиять на них.
Сейчас 

